Женя (jenya444) wrote,
Женя
jenya444

Categories:

Носороги Ионеску - до и после спектакля

Эпиграф 1

Ж а н (Беранже).
Вместо того чтобы тратить все имеющиеся деньги на спиртные напитки,
не лучше ли покупать билеты в театр, ходить на интересные спектакли?
Бывали ли вы когда-нибудь в этом новом авангардном театре,
о котором сейчас столько говорят? Видели пьесы Ионеско?
Б е р а н ж е (Жану).
Нет, к сожалению. Только слышал о них.

Эпиграф 2

Д ю д а р.
И уж если критиковать, то лучше критиковать изнутри, чем со стороны.


Эпиграф 3

Михаил Себастьян (автор "Безымянной звезды") об Эжене Ионеску:

Среди основных действующих лиц «Дневника» Михаила Себастьяна Эжен Ионеско занимал совершенно особое место. Себастьян писал об атмосфере, все больше пропитывавшейся фашизмом, о напоминавшем галлюцинацию дрейфе общества в неизвестном направлении, о превращении государства в гигантскую фабрику по выработке антисемитизма. <...> В этих обстоятельствах Ионеско, по свидетельству Себастьяна, непрерывно демонстрировал исключительно достойное поведение. <...> Сближение Ионеско и Себастьяна произошло в конце 1930-х годов — в условиях, когда, по выражению будущего драматурга, «нас становилось все меньше и меньше». Оба были исполнены решимости противостоять фашистскому безумию доступным для каждого из них способом. Когда принятие новых антисемитских законов отняло у Себастьяна право на принадлежность к человеческому обществу, когда его вчерашние друзья один за другим отказались от него и, завидев его, переходили на другую сторону улицы, Ионеско остался одним из немногих, кто сохранил дружбу с ним и продолжал оказывать ему поддержку. «Дневник» Себастьяна рисует человека, который спешил посетить его при публикации каждого нового декрета против евреев — а они появлялись чуть ли не ежедневно, — эти посещения романист никогда не упускал случая отметить в своих записях. С их страниц встает Ионеско, верный и целостный, и Ионеско, переживающий муку, с искаженным лицом — узнавший о вступлении Румынии в войну на стороне Германии в июне 1941 г.


До спектакля; сначала несколько отрывков из пьесы:

Беранже в испуге отшатывается: Жан совсем зеленого цвета и говорит с трудом, голос его почти неузнаваем.
Ж а н. Так вот, если он по своей воле или против воли превратился в носорога, может быть, это даже для него лучше.
Б е р а н ж е. Что вы такое говорите, дорогой друг? Как вы можете так думать...
Ж а н. Вы во всем видите плохое. А если ему нравится быть носорогом, если ему это доставляет удовольствие? Что тут такого особенного?
Б е р а н ж е. Конечно, в этом нет ничего особенного. Однако я сомневаюсь, чтобы это ему так уж нравилось.
Ж а н. А почему нет?
Б е р а н ж е. Мне трудно объяснить почему, но это и так понятно.
Ж а н. А я скажу, что это совсем не так плохо. В конце концов, носороги такие же существа, как и мы, и они тоже имеют право на жизнь!
Б е р а н ж е. При условии, если они не посягают на нашу. И потом, вы же представляете себе — как-никак совершенно разная психика.
Ж а н (мечется из ванной в комнату и обратно). А вы думаете, наша лучше?
Б е р а н ж е. Во всяком случае, у нас есть своя мораль, которая, по-моему, никак не совместима с моралью животных.
Ж а н. Мораль! Знаем мы эти разговоры о морали! Хороша мораль! Хватит с меня морали! Надо быть выше всякой морали.
Б е р а н ж е. А что же вы предлагаете взамен?
Ж а н (мечется взад и вперед). Природу!
Б е р а н ж е. Природу?
Ж а н (продолжая метаться). У природы есть свои законы. А мораль — противоестественна.


<...>

Д ю д а р. Да я пошутил, Беранже. Просто хотел подразнить вас. Вы все видите в мрачном свете. Смотрите, так можно и неврастеником стать. Когда вы придете в себя от вашего потрясения, избавитесь от вашей депрессии и выйдете на воздух, вам сразу станет лучше, вот увидите. Все ваши мрачные мысли мигом рассеются.
Б е р а н ж е. Выходить? Придется, конечно. Мне страшно об этом подумать. Ведь я безусловно встречу...
Д ю д а р. Ну и что такого? Только не надо попадаться им на пути. А вообще-то говоря, их не так уж много.
Б е р а н ж е. А я только их и вижу. Повсюду. Вы, конечно, скажете, что это болезнь.
Д ю д а р. Они ни на кого не нападают. Если их не трогать, они вас не замечают. Они, в сущности, вовсе не злые. У них даже есть какое-то природное простодушие, чистота. Да я, кстати сказать, всю улицу пешком прошел, чтобы добраться до вас. И как видите, жив и невредим, и никаких злоключений со мной не произошло.
Б е р а н ж е. А я как только их вижу, меня всего переворачивает. Конечно, это нервы. Я не раздражаюсь, нет, я не позволяю себе раздражаться, это может далеко завести, но у меня как будто что-то сжимается здесь. (Показывает на сердце.)
Д ю д а р. Разумеется, это как-то действует, вы правы. Но вы слишком этому поддаетесь. Вам недостает чувства юмора, вот в чем ваша беда, вам не хватает юмора. Надо смотреть на вещи полегче, не принимать близко к сердцу.
Б е р а н ж е. Я как-то чувствую себя ответственным за то, что происходит: я сам в этом участвую, я не могу относиться безразлично.
Д ю д а р. Не судите — да не судимы будете... Ну, знаете, если начать печалиться обо всем, что происходит на свете, тогда и жить нельзя.

<...>

Д ю д а р. Я просто пытаюсь смотреть на вещи прямо, непредубежденно. Иметь обо всем реальное представление. И потом, я думаю, не может быть настоящего порока в том, что естественно. Горе тому, кто во всем видит порок. Это черта инквизиторов.
Б е р а н ж е. Так, по-вашему, это естественно?
Д ю д а р. Что может быть естественнее носорога?
Б е р а н ж е. Да, но человек, превращающийся в носорога, это уж бесспорно нарушение нормы.
Д ю д а р. Н-ну, бесспорно!.. Знаете...
Б е р а н ж е. Да, бесспорное нарушение нормы, нечто совершенно аномальное.
Д ю д а р. Не слишком ли вы уверены в себе? Кто знает, где кончается нормальное и где начинается аномальное? Можете ли вы определить, что такое нормальное, аномальное? Ни с философской, ни с медицинской точки зрения никто до сих пор не мог разрешить этой проблемы.


Дочитал пьесу, совсем неплохо. Возможно, нам с высоты 2012 года кажется, что вещь могла бы быть и посильнее, или что какие-то моменты могли бы быть лучше/глубже продуманы. Но это только 60й год. В конце концов, мы же не упрекаем Резерфорда за то, что он ограничился планетарной моделью атома, не додумавшись до квантования уровней. Интересен ещё вот какой момент. Некоторые персонажи пьесы становились носорогами естественным путём, они чувствовали странные симптомы, голос становился всё более хриплым, кожа грубела, появлялась и росла шишка на носу. Другие же приходили к решению стать носорогом осознанно и обдуманно.

После спектакля:

Мне казалось, что пьеса Ионеску про то, как нормальные обычные люди, довольно разные, с разными вкусами, разным темпераментом становятся носорогами. Нам же показали нечто непонятное и очень громкое. Если очень громко говорить проходные фразы и важные вещи, то невозможно расставить акценты, выделить главное. Не знаю, возможно, в этом был смысл постановки. Типа, известно, что Ионеску - это театр абсурда, ну вот нате вам. Вторая сцена - в офисе - решена в каком-то невероятно агрессивном стиле. На сцене дерутся, пристают к женщинам, всё очень шумно - пожалуй, носорог ревел тише. Два актёра играли хорошо: Жан и Беранже, Беранже (Serge Maggiani) просто сильный актёр. Остальные не тянут. Пьеса шла на французском к радости некоторых, я же задирал голову и следил за бегущей строкой.



В этой вещи меня интересует вот что - почему все вокруг постепенно превратились в носорогов, а Беранже устоял? Не знаю, насколько сам Ионеску пытался ответить на этот вопрос в пьесе. Единственное, что приходит в голову, единственное, чем Беранже отличается от других - он выпивает. То есть, он не вполне нормальный человек. Когда в конце сцены в кафе Жан бросает ему - пьяница! - все в кафе просто замирают, это нечто совершенно из ряда вон выходящее. В первой сцене Беранже небрит, у него болит голова после вчерашнего, он вообще весь расхристанный. Да и в последних двух сценах он не расстаётся с бутылкой коньяка. Может в этом дело? Вообще просматривается некая аналогия с фильмом "Древо желания" Абуладзе. Самые странные-чудные-ненормальные персонажи в начале фильма оказываются единственными приличными людьми в конце.
Subscribe

  • watching prayatna

    Распознаватель голоса записывает текст на английском, оригинал гласит: очень приятно, позитивно. Понятное дело, позитивно, Карлсен пожертвовал…

  • Где я? Девушка, девушка! Где я?

    Приняли мою статью в журнал стат. физики, читаю гранки. Последняя строчка статьи (уже после списка литературы) вписана издательством. Она гласит:…

  • Высокие, высокие отношения

    В Америке летом жарко. Чтобы жарко не было дома, придумали кондиционер. По ряду физических и технических причин кондиционирование происходит…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments