Женя (jenya444) wrote,
Женя
jenya444

Categories:

Продолжаю читать "Знамя" за 1996й год,

обнаружил стихотворение Городницкого, написанное после смерти Бродского и в его стиле:

У Бродского

Уж скоро осень. Школьные тетради
лежат в портфелях. Чаровницы, вроде
вас, по утрам укладывают пряди
в большой пучок, готовясь к холодам.
Я вспоминаю эпизод в Тавриде,
наш обоюдный интерес к природе,
всегда в ее дикорастущем виде,
и удивляюсь, и грущу, мадам.


У Городницкого

Минуту третьей стражи обозначив,
Звенит трамвай на перепутьях ночи,
И облаков густеющая накипь
Скрывает утра бронзовую даль.
Двадцатый век в поэзии, что начат
Рождением Ахматовой, окончен
Внезапной смертью Бродского, лет на пять
Опередив привычный календарь.

А где/у кого есть ещё такой ритм?




И горькие опережая вести,
Балтийских туч непрочные сплетенья
Торопятся от Запада к Востоку,
Лиловую разматывая прядь,
Над сумерками купчинских предместий,
Над полуобезлюдевшим Литейным,
И василеостровскою протокой,
Куда мы не вернёмся умирать.
Subscribe

  • За нашу и вашу победу

    Шёл домой от остановки иерусалимского трамвая. Прошёл угол улицы Бар Кохба и Партизанской.

  • их нравы

    На севере Израиля в долине Хула аисты устраиваются на ночлег на соснах и елях. Видели вблизи, как садился на дерево один такой птеродактиль. Видели,…

  • внимание к деталям

    Штирлиц брёл по улицам тихого немецкого городка. Голос за кадром: "Ничто не выдавало в нём советского разведчика — разве что волочившийся…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 20 comments

  • За нашу и вашу победу

    Шёл домой от остановки иерусалимского трамвая. Прошёл угол улицы Бар Кохба и Партизанской.

  • их нравы

    На севере Израиля в долине Хула аисты устраиваются на ночлег на соснах и елях. Видели вблизи, как садился на дерево один такой птеродактиль. Видели,…

  • внимание к деталям

    Штирлиц брёл по улицам тихого немецкого городка. Голос за кадром: "Ничто не выдавало в нём советского разведчика — разве что волочившийся…