Женя (jenya444) wrote,
Женя
jenya444

Categories:

ах было б только с кем поговорить

Я говорил, что Лев Толстой по сути дела - обыватель. Что Достоевский сродни постимпрессионизму. Что апперцепция у Бальзака - неорганична. Что Люда Федосеенко сделала аборт. Что американской прозе не хватает космополитического фермента.
Довлатов

Георгий Иванов о Гумилёве:

Целую зиму 1921 года Гумилев жил без часов. На вопрос: который час? — разводил руками: "Кто его знает. Впрочем, подожди, — он подходил к окну. — Около четырех". — Как же ты определяешь? — По солнцу. — А когда солнца нет? — По молочницам, по школьникам. Вечером по уличному шуму. И знаешь, это развивает наблюдательность, я никогда никуда не опаздываю.

Гумилев удивительно понимал стихи — с полуслова, насквозь и до конца. Его критические приговоры — образчик редкого чутья и вкуса. Еще более редкой была его способность говорить и спорить об искусстве. Но Гумилев был ленив — если для диспута с Вячеславом Ивановым или Иннокентием Анненским трудно было бы найти более блестящего и изобретательного противника, то с соперниками менее серьезными он нередко применял невзыскательный, но верный прием — обухом по лбу.

Молодой поэт горячо доказывает Гумилеву что-то и сыплет цитатами. Гумилев не хочет уступать. Но спорить ему лень. Он перебивает спорящего, насмешливо улыбаясь: "Да, мой дорогой. Со своей точки зрения вы, пожалуй, и правы. Но если бы вы прочли семь томов натурфилософии Kappa, вы бы думали иначе".

Манерой говорить, уверенностью, голосом он умел подавлять собеседника, даже когда дело касалось малознакомого ему предмета. Раз, идя во "Всемирную литературу", мы заговорили о музыке. Гумилев утверждал, что музыка вся построена на «нутре», никаких законов у нее нет и не может быть. Нельзя писать о поэзии или живописи, будучи профаном. О музыке же — сколько угодно. Я усумнился.

— Хочешь пари?

- Я сейчас заговорю о Шопене с Браудо (известным музыкальным критиком), и он будет слушать меня вполне серьезно и даже соглашаться со мной.

— Отлично, только зачем о Шопене? Говори о каком-нибудь модернисте. Ну, о Метнере.

Гумилев заставил меня побожиться, что Метнер действительно существует. Он был настолько далек от музыкальных дел, что думал, что я его дурачу. Bо "Всемирной литературе" Гумилев завел с Браудо обещанный разговор.

Он говорил о византинизме Метнера (Браудо спорил) и об анархизме метнеровского миропонимания (Браудо соглашался). В конце беседы Браудо сказал:

— Николай Степанович, а не написали ли бы вы нам для "Музыкального Современника" статейку? Уж не поленитесь — очень было бы интересно.

Subscribe

  • внимание к деталям

    Штирлиц брёл по улицам тихого немецкого городка. Голос за кадром: "Ничто не выдавало в нём советского разведчика — разве что волочившийся…

  • один день полной жизни

    Буквально каких-то 14-15 звонков на горячую линию министерства здравоохранения, пару раз всласть поругаться, трижды рассыпаться в благодарностях, и…

  • краткий отчёт

    Долетели до Израиля, сдали тесты на корону как до самолёта, так и после (отрицательный) и на антитела (положительный); послали депешу в министерство…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 24 comments

  • внимание к деталям

    Штирлиц брёл по улицам тихого немецкого городка. Голос за кадром: "Ничто не выдавало в нём советского разведчика — разве что волочившийся…

  • один день полной жизни

    Буквально каких-то 14-15 звонков на горячую линию министерства здравоохранения, пару раз всласть поругаться, трижды рассыпаться в благодарностях, и…

  • краткий отчёт

    Долетели до Израиля, сдали тесты на корону как до самолёта, так и после (отрицательный) и на антитела (положительный); послали депешу в министерство…